ГЛАВА ШЕСТАЯ
Говорят
про Персию -
Что
богатая.
Она не
богатая,
Распроклятая.
Солдатская
песня
1
Она не
богатая, она не проклятая. Бледные дороги, голубые поля с утомленным жнитвом,
красные горы, реки хрюкают по ночам: хр-хр-хр.
Азиатская
сторона, голая ладонь старого человека, волнообразные горы, как мозоли, как
следы долгой работы – работы зель-зелэ, землетрясения.
В Мугане
– змеи, в Миане – клопы, кусающие только иноземцев. Ядовитость клопов сильно
преувеличена путешественниками двадцатых годов и развенчана путешественником
сороковых.
Азиатская
лень, удобство: тут же преклониться к земле и смотреть в разноцветные стеклышки
окон, частью выбитых, – да еще персидская важность – ташаххюс, – да
любовь к игрушечным калейдоскопам – такова персиянская роскошь. Дома окнами во
двор, глухою стеною к улицам, как человек, ставший спиною к пыльному ветру.
Выстраданные
на станках ковры – персиянская мебель, но так же выстрадали рубанки наши кресла
и стулья.
Старая
страна ничего не знает о своей старости, потому что в ней живут люди.
В 1829
году она похожа на Россию времени Ивана III или, может быть, Алексея Михайловича;
вероятно, Петра не было или его не заметили. Соперничество двух городов,
старшего и младшего: Тебриза и Тегерана, как Москвы и Петербурга. Но Тебриз
существовал уже в восьмом веке, а Тегеран – во время Тамерлана.
Тегеран
сделал столицею первый Каджар, родоначальник династии Каджаров, евнух
Ага-Мохамед.
Каджары
– не персияне. Они жили в Мазандеране среди лиственных лесов мазандеранских.
Они – тюрки. Их очень немного, и слово «каджар» было ругательством у персиян,
но в восемнадцатом веке они сменили усталую династию Сефиев, любителей
изящного.
Каджары
стали персидской династией, как немцы были русской, как французы – шведской,
шведы – польской, как ганноверцы – английской династией. Евнух Ага-Мохамед-шах
провел жизнь в войне, как Наполеон.
При
взятии одного города евнух велел поставить у городских ворот весы.
На весах
этих взвешивались выколотые глаза: глаза были выколоты у всех мужчин города. В Астрабаде
он взял к себе маленького племянника Фетх-Али.
Когда
Фетх-Али возрос, шах сделал его правителем Фарса и объявил Тегеран столицей. В
1796 году, когда евнух вступил в Шушу, для того чтобы окончательно завоевать
Грузию, поссорились двое его слуг. Ага-Мохамед велел обоих казнить. А они не
хотели умирать. Они пробрались ночью в его спальную и зарезали его кинжалами.
Тогда
же, потратив некоторое время на убийство своего брата, сел на престол
персидский Фетх-Али-шах, которого дядя-евнух прозвал с нежностью: Баба-хан.
Старший
сын шаха, Мамед-Вали-Мирза, был не чистой крови, матерью его была христианка.
Ермолов во время посольства обещал ему поддержку; Мамед-Вали-Мирза в 1820 году
умер.
Третий
сын шаха, Аббас-Мирза, овладевший Адербиджаном и сидевший в стольном городе
Тебризе, был объявлен наследником, шах-заде, велиагдом. Хотя был жив второй
сын, Гуссейн-Али-Мирза, губернатор Шираза, лентяй и сластолюбец.
Так
произошла война с Россией.
|
