6
Так они
сидели и разговаривали о женском коране, и Ходжа-Мирза-Якуб становился литератором,
товарищем Сеньковского.
Ничего
не изменилось в Тегеране.
Разве
только опустела площадка перед русским посольством.
Но она
пустела исподволь, родители, получившие детей своих и не получившие их, –
разъехались, армяне с прошениями рассеялись. А сейчас не стало и торговцев.
По ночам
три больших машала освещали вход в русское посольство, и дым от машалов бежал
пылью по красным и как бы нагретым лужам.
Тряпки,
смоченные нефтью, сухими выстрелами трещали в железных клетках, на длинных
древках машалов.
Дверь
была наглухо замкнута, и у двери стояли сарбазы.
За дверью
говорили о женском коране.
Ничто не
изменилось за дверью.
Но
изменилось, нарушилось нечто по ту сторону ворот.
Доктор
Макниль был бледен, его дрожки стояли то у дворца Алаяр-хана, то у дворца шаха.
Государство
английское менялось в эти дни: его восточная политика была в руках белых,
немужских, унизанных перстнями, опозоренных человеческих руках. И не только в
них: она была уже в узких, длинных, цепких пальцах русского поэта,
действовавшего в силу трактата.
И были
уже разграблены семь сундуков Ходжи-Мирзы Якуба, запечатанные Манучехр-ханом.
Исчезли квитанции на вещи, купленные евнухом для гарема, исчезли рукописи и
записки.
Исчезли
и письма разных лиц – в том числе и доктора Макниля. Не было, стало быть, и
того женского корана, которым так интересовался доктор Аделунг, желавший издать
его под редакцией Сеньковского.
7
– Послать
сарбазов и взять Ходжу из посольства. Таково было мнение шах-заде
Зилли-султана.
– Но
это явное нарушение трактата, и пропадет восемь куруров.
Но
Зилли-султан ночей не спал именно из-за этих куруров, заплаченных изменником
Аббасом.
– Вернуть
Ходже все его имущество и наградить по-царски. Склонить обещаниями. Когда же он
выйдет из посольства, убить его, – было предложение Алаяр-хана.
Доктор
Макниль еще утром в разговоре с Алаяр-ханом одобрил этот план.
– Он
не поверит.
– Выдать
кяфиру Самсон-хана, и тогда он согласится на выдачу Ходжи, – было мнение
Зилли-султана.
Самсон
мозолил ему глаза. Если друг Аббаса не будет охранять отцовского дворца,
Зилли-султан много не потеряет.
– Я
ему послал уже дестхат о выдаче Самсона. Дестхат у него. Он не хочет выдавать
Ходжу.
– Вызвать
к себе на загородную дачу Грибоедова, – и в это время убить евнуха, –
предлагал Алаяр-хан.
– Это
явное нарушение трактата.
Но этого
бы и хотелось Алаяр-хану. Каджарская династия пусть повоюет еще раз.
Абдул-Вехаб,
дервиш с лицом Никиты Пустосвята и колтуном нечесаных волос, внес тихое
предложение:
– Вызвать
его на духовный суд.
Доктора
Макниля на этом совещании не было. Курьеры день и ночь скакали в Тебриз.
|
