<Дополнения>
Ночь
Измученные ангелы мои!
Сопутники в
большом и малом!
Сквозь дождь и мрак, по дьявольским
кварталам
Я загонял вас. Вот
они,
Мои вертепы и трущобы!
О, я не знаю
устали, когда
Схожу, никем не знаемый, сюда,
В теснины мерзости
и злобы.
Когда в душе все чистое мертво,
Здесь, где разит
скотством и тленьем,
Живит меня заклятым вдохновеньем
Дыханье века
моего.
Я здесь учусь ужасному веселью:
Постылый звук тех
песен обретать,
Которых никогда и никакая мать
Не пропоет над
колыбелью.
11 октября 1927
Париж
Граммофон
Ребенок спал, покуда граммофон
Все надрывался
«Травиатой».
Под вопль и скрип какой дурманный сон
Вонзался в мозг
его разъятый?
Внезапно мать мембрану подняла —
Сон сорвался, дитя
проснулось,
Оно кричит. Из темного угла
Вся тишина в него
метнулась…
О, наших душ не потрясай
Твоею тишиною
грозной!
Мы молимся — Ты сна не прерывай
Для вечной ночи,
слишком звездной.
6 декабря 1927
Париж
|
