На главную

Черные камни

Анатолий  Жигулин Черные камни
Автор:
Оригинальное название: Черные камни
Метки: Мемуары, Автобиография, Повесть
Язык оригинала: Русский
Год:
Входит в основной список: Нет
Купить и скачать: Загрузка...
Скачать ознакомительный фрагмент: Загрузка...
Читать ознакомительный фрагмент: Загрузка...

Описание:

Заметным событием в литературе первых лет перестройки стала автобиографическая повесть «Черные камни» (1988), предложившая подробный и спокойно-искренний, без налета сентиментальности или истерического надрыва, рассказ об истории «вины» юного Жигулина перед социалистическим государством, наказании за нее и долгом пути обретения истины. Эта повесть – важнейший, если не решающий, вклад поэта в развенчание пропагандистских мифов на мотив «все верили» и «никто не знал». Умер Анатолий Владимирович Жигулин в Москве 6 августа 2000 года.

Статистика


Место в списке кандидатов: 525
Баллы: 366
Средний балл: 0.98
Проголосовало: 371 человек
Голосов за удаление: 6
29 человек поставили 5
2 человека поставили 4
3 человека поставили 3
3 человека поставили 2
286 человек поставили 1
27 человек поставили -1
2 человека поставили -2
19 человек поставили -3

Цитата:

« Я родился в городе Воронеже 1 января 1930 года. И нынче сохранился в Больничном переулке родильный дом, где я впервые увидел свет. Теперь улица называется по-другому, а дом цел, и коренные, старые воронежские жители до сей поры называют его вигелевским (по имени дореволюционного владельца Вигеля).

Моя мать, Евгения Митрофановна Раевская, родилась в 1903 году в бедной многодетной семье прямых потомков поэта-декабриста Владимира Федосеевича Раевского. У Раевских был небольшой деревянный дом под Касаткиной горой (сейчас улица Авиационная). Дом цел до сих пор. Несколько лет назад мы были в нем с матерью.

Дед мой но матери, Митрофан Ефимович Раевский, потомственный дворянин (дворянство было возвращено потомкам В. Ф. Раевского в 1856 году), служил в Воронеже. Должность его была невелика, приблизительно соответствовала нынешней должности начальника городского телеграфа, пожалуй, даже поменьше. Он был очень

В тексте изменены некоторые фамилии и второстепенные географические названия (Здесь и далее примечания автора) образованным человеком, знал несколько языков (немецкий, английский, французский), отличался либеральными взглядами. В 1914 году он как связист был мобилизован в армию в чине капитана, в соответствии со своим гражданским чином 8-го класса (коллежский асессор), и некоторое время (в 1914-1915 гг.) служил на военно-полевой почте штаба верховного главнокомандующего великого князя Николая Николаевича. Прекрасно владел всеми телеграфными аппаратами того времени (Морзе, Юза, Бодо и др.), отлично знал телефонную связь. Позднее служил во фронтовых частях. Дед был награжден за штатскую службу орденом св. Анны II степени, за участие в боях – орденами св. Станислава III степени с мечами и св. Владимира IV степени с мечами.

Сведения об участии моего деда в гражданской войне долго были противоречивы. Дядя Шура и моя мать уверенно считали, что он служил в Добровольческой армии, тетя Катя утверждала, что – в Красной. Но эта тема, но понятным причинам, была в семье запретной. О том, что старший мой дядя, Борис Митрофанович, служил в Красной Армии, был ранен и награжден, было твердо известно. А вот в отношении деда были споры. Вопрос этот, однако, случайно и с безукоризненной ясностью разрешился в конце 60-х годов в старом, теперь снесенном доме Елисеевых на улице Ильича. (Старшая моя тетка Екатерина Митрофановна Раевская вышла замуж за учителя В. Е. Елисеева.) Было несколько Раевских и я с женой Ириной и сыном Володей, еще маленьким. Шел общий семейный разговор, и, в частности, затронули вопрос об орденах деда. Дядя Вася или дядя Шура – кто-то из них – горячо утверждал, что орденов было четыре:

– Я сам их в руках держал, сам ими играл, было четыре ордена – св. Анны, св. Станислава, св. Владимира и «За Кубанский поход».

– Четвертый был не орден, а знак, – сказала тетя Катя.

И все сошлось на этом знаке. Более точное его название – «За Ледяной поход». Этот знак был утвержден А. И. Деникиным после 1-го Кубанского (или «Ледяного») похода в 1918 году. Мне – нумизмату, а отчасти фералисту, все стало ясно. Знак этот – сравнительно большой лавровый веночек из серебра с мечом посередине – я видел в Белграде или в Париже в нумизматическом магазине. Цена – целое состояние.
»
Отзывы (0)

Добавить отзыв 

Сообщить об ошибке

Вопросы (0)

Нет вопросов по книге Анатолий Жигулин «Черные камни»
Отправить свой вопрос >>>
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика