Мобильная версия
 

Ночные дороги

Гайто Газданов Ночные дороги
УвеличитьУвеличить
Автор:
Оригинальное название: -
Метки: Роман
Язык оригинала: Русский
Год:
Входит в основной список: Нет
Купить и скачать: Загрузка...
Скачать ознакомительный фрагмент: Загрузка...
Читать ознакомительный фрагмент: Загрузка...

Описание:

Вынужденный постоянно соприкасаться с насилием и смертью, Гайзо Гайданов тщетно ищет некий смысл в той цепочке случайностей, которые неизменно подводят к трагическому финалу.

Особенно полно и нешаблонно эти мотивы воплотились в повести Ночные дороги (закончена в 1941, полный вариант опубликован в 1952), основанной на наблюдениях Газданова над парижским "дном", которое он досконально изучил за годы своей работы шофером такси. Документальная по материалу, повесть представляет собой русский аналог таких произведений, как Путешествие на край ночи (1932) Л.-Ф.Селина и Тропик Рака (1934) Г.Миллера. Газданов описывает нравы трущобных кварталов и опустившейся богемы, воссоздает истории крушения надежд и деградации личности. Заставляя своего автобиографического героя вновь и вновь погружаться в те сферы, где его ждет встреча с "живой человеческой падалью", писатель подвергает строгой проверке еще не преодоленные персонажем либеральные иллюзии и угасающее чувство сострадания социальным жертвам.

В повести последовательно осуществлен взгляд на литературу как на свидетельство, не терпящее умолчаний или фальши, когда необходимо воссоздавать прежде игнорируемые сферы человеческого существования. Ночные дороги передают восходящее к Ш.Бодлеру представление Газданова о том, что истинная поэзия возникает, когда автор пережил экстремальные состояния, одарившие его достоверным, хотя и травмирующим знанием о реальности.

Цитата:

« Несколько дней тому назад во время работы, глубокой ночью, на совершенно безлюдной в эти часы площади св. Августина, я увидел маленькую тележку, типа тех, в которых обычно ездят инвалиды. Это была трехколесная тележка, устроенная как передвижное кресло; впереди торчало нечто вроде руля, который нужно было раскачивать, чтобы привести в движение цепь, соединенную с задними колесами. Тележка с удивительной медленностью, как во сне, обогнула круг светящихся многоугольников и стала подниматься по бульвару Османн. Я приблизился, чтобы лучше ее рассмотреть; в ней сидела закутанная необыкновенно маленькая старушка; видно было только ссохшееся, темное лицо, уже почти нечеловеческое, и худенькая рука такого же цвета, с трудом двигавшая руль. Я видел уже неоднократно людей, похожих на нее, но всегда днем. Куда могла ехать ночью эта старушка, почему она оказалась здесь, какая могла быть причина этого ночного переезда, кто и где мог ее ждать?

Я смотрел ей вслед, почти задыхаясь от сожаления, сознания совершенной непоправимости и острого любопытства, похожего на физическое ощущение жажды. Я, конечно, не узнал о ней решительно ничего. Но вид этого удаляющегося инвалидного кресла и медленный его скрип, отчетливо слышный в неподвижном и холодном воздухе этой ночи, вдруг пробудил во мне то ненасытное стремление непременно узнать и попытаться понять многие чужие мне жизни, которое в последние годы почти не оставляло меня. Оно всегда было бесплодно, так как у меня не было времени, чтобы посвятить себя этому. Но сожаление, которое я испытывал от сознания этой невозможности, проходит через всю мою жизнь. Позже, когда я думал об этом, мне начинало казаться, что это любопытство было, в сущности, непонятным влечением, потому что оно упиралось в почти непреодолимые препятствия, происходившие в одинаковой степени от материальных условий и от природных недостатков моего ума и еще оттого, что всякому сколько-нибудь отвлеченному постижению мне мешало чувственное и бурное ощущение собственного существования. Кроме того, я упорно не мог понять страстей или увлечений, которые мне лично были чужды; мне, например, приходилось каждый раз делать над собой большое усилие, чтобы не считать всякого человека, с беззащитной и слепой страстью проигрывающего или пропивающего все свои деньги, просто глупцом, не заслуживающим ни сочувствия, ни сожаления, — потому что, в силу случайности, я не выносил алкоголя и смертельно скучал за картами. Так же я не понимал донжуанов, переходящих всю жизнь из одних объятий в другие, — но это по другой причине, которой я долго не подозревал, пока у меня не хватило мужества продумать это до конца, и тогда я убедился, что это была зависть, тем более удивительная, что во всем остальном я был совершенно лишен этого чувства. Возможно, что и в других случаях, если бы произошло какое-то неуловимое изменение, оказалось бы, что те страсти, которых я не понимал, тоже стали бы мне доступны, и я также подвергся бы их разрушительному действию, и на меня с таким же сожалением смотрели бы другие, чуждые этим страстям люди. И то, что я их не испытывал, было, быть может, всего лишь проявлением инстинкта самосохранения, более сильного во мне, по-видимому, чем в тех моих знакомых, которые проигрывали свои жалкие заработки на скачках или пропивали их в бесчисленных кафе.
»

Отзывы (0)

 

Добавить отзыв 

Сообщить об ошибке


Статистика

Место в списке кандидатов: 1556
Баллы: 33
Средний балл: 0.38
Проголосовало: 85 человек
Голосов за удаление: 7
13 человек поставили 5
3 человека поставили 4
12 человек поставили 3
5 человек поставили 2
2 человека поставили 1
27 человек поставили -1
4 человека поставили -2
19 человек поставили -3
Вопросы (0)

Нет вопросов по книге Гайто Газданов «Ночные дороги»
Отправить свой вопрос >>>
Сообщить об ошибке



Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика